Новости Раменское

Владимир Гуторкин: Принимаю жизнь такой, какая она есть!


Владимир Гуторкин: Принимаю жизнь такой, какая она есть!

Владимир Васильевич Гуторкин
Начальник Жуковского отдела Раменского филиала ГУП МО «МОБТИ»,
Член Союза художников России
Дата рождения: 9 марта 1959 г.
Образование: Московский институт радиотехники электроники и автоматики (МИРЭА),
Московский государственный академический
художественный институт (МГХАИ) им. В.И.
Сурикова
Хобби: живопись, поэзия, музыка

В сентябрьском номере журнала «Уютный метр» мы рассказывали вам о том, чем занимается и какие задачи помогает решить служба БТИ (Бюро Технической Инвентаризации). С нами беседовал начальник Жуковского отдела Раменского филиала ГУП МО «МОБТИ» Владимир Васильевич Гуторкин. Теперь мы хотим познакомить вас с этим человеком поближе. Прочитав это интервью, вы поймете почему.

В наше время не так-то просто найти чиновника, который бы писал картины, сочинял стихи и мог прочитать лекцию по истории искусства. Тем не менее, такие люди среди нас есть. Можно сказать, что Владимир Васильевич – уникальный человек. Занимая ответственную должность, отдавая всего себя сложной и не очень-то творческой профессии, он находит время для занятий живописью и поэзией. Есть и ещё одна важная деталь в характере Владимира Васильевича – это умение радоваться жизни и способность, по его же собственному выражению, не быть «зацифрованным человеком».

- Владимир Васильевич, здравствуйте. Прежде всего, давайте уточним: Вы считаете себя прежде всего художником или чиновником?

- (В.В. смеется) Знаете, когда художники стараются найти во мне своего, они, как правило, терпят неудачу. С другой стороны, не все чиновники могут понять меня, как художника. Так что с этим вопросом все сложно.

- Многие Ваши картины – это пейзажи, русская природа. Сюжеты навеяны родными местами?

- Да. Я родился в Рязанской области. Моя малая родина – село Сасыкино Шиловского района. Мама и папа были рабочими, трудились на комбинате по производству патоки для кондитерских фабрик – поэтому, будучи ребенком, недостатка в сладостях я не испытывал (смеется). Детство, проведенное в деревне, пожалуй, самый замечательный период в моей жизни. Это была беззаботная, чудесная пора. Мы катались на лошадях, рыбачили на Оке, купались…

- Творческие способности проявились в детстве?

- Я с детства мечтал стать художником. Местные красоты не давали мне покоя, и я все время старался запечатлеть что-нибудь на бумаге. Я был творческим ребенком – участвовал в художественных конкурсах, готовил школьные стенгазеты, в старших классах был солистом в хоре. Окончив десятилетку в сельской школе, я попытался поступить в Суриковское училище, но не получилось. Все-таки без предварительной подготовки сделать это практически невозможно.

Затем пришло время службы в армии. Я окончил школу младших авиационных специалистов в Стерлитамаке (Башкирия), после чего меня перевели в Чехословакию, где я служил в Градчанах, пригороде Праги. Сначала был авиамехаником, потом занимался летательной подготовкой ракет. Однако служба службой, а творчеством заниматься я не бросил. Меня взяли в армейский ансамбль, с которым мне довелось объездить всю Чехословакию.

- На каком инструменте играли?

- На гитаре. Инструмент я освоил еще в школе, где тоже играл в ансамбле.

- Как Вы оказались в Жуковском?

- Мои бабушка и тетя жили здесь. После демобилизации я устроился работать на экспериментальный машиностроительный завод им. В.М. Мясищева. Параллельно поступил на заочное отделение Московского института радиотехники электроники и автоматики (МИРЭА).

- Почему именно туда?

- В детстве я занимался радио, мы с друзьями увлекались самодельными передатчиками. У нас даже была собственная радиостанция «Одиссей» (смеется). Все время что-то паяли, монтировали, помню, даже собирали электрогитары. Но, несмотря на то, что все это было мне интересно, я не собирался посвятить себя профессии радиоинженера. Ничто не захватывало меня так, как живопись.

- Как познакомились с супругой?

- Я встретил Валентину на подготовительных курсах в институт. В 80-м году мы поженились, и вскоре у нас появилась дочь Татьяна. В этот момент остро встал вопрос с жильем. Для того чтобы получить комнату, я начал работать художником-оформителем в жилищно-коммунальном управлении ЛИИ. Готовил стенды, рисовал афиши, плакаты для демонстраций. Несмотря на то, что профессия была очень востребованная, все это время мы с женой и ребенком ютились в двенадцатиметровой комнатке на улице Пушкина, 4.

- Жена с Вами прошла многое.

- Это точно. Потом, конечно, стало проще. Я окончил МИРЭА, получил диплом радиотехника, но работать по профессии не пришлось. Мне предложили должность заместителя начальника жилищно-коммунального управления по гостиницам и общежитиям. В моем подчинении были летные гостиницы в Актюбинске, Багерово, Феодосии и других городах. Я отвечал за прописку летного состава.

- Так странно – работали художником, учились на радиотехника, а в итоге стали коммунальщиком.

- Вот так вот сложилась жизнь! (смеется) А ведь еще помимо этого я порядка пяти лет работал юристом – решал вопросы, связанные со служебными площадями ЛИИ, разбирал спорные дела по выселению и заселению в институтское общежитие. Специального образования в этой области не было (хотя в ЛИИ меня и хотели отправить на учебу), но, тем не менее, все получалось. В 1997 году меня вызвал мэр Жуковского Роберт Николаевич Овсянников и предложил заняться организацией службы БТИ. На данный момент я являюсь начальником Жуковского отдела Раменского филиала ГУП МО «МОБТИ».

- Давайте вернемся к Вашему творчеству. Несмотря на все жизненные перипетии, изобразительное искусство Вы не забросили?

- Конечно, нет! Параллельно со своей профессиональной деятельностью, я продолжал активно заниматься живописью, рисовал этюды и где-то в глубине души лелеял мысль стать художником. Я занимался в студии Члена художников СССР Э.И. Маруты, где познакомился со многими жуковскими мастерами. В том числе мне посчастливилось подружиться с Евгением Николаевичем Трошевым, заслуженным деятелем искусств России и Республики Коми, очень известным художником, как в нашей стране, так и за рубежом. Среди его учеников значатся такие признанные мастера как, например, народный художник СССР Александр Максович Шилов, народный художник России Василий Игоревич Нестеренко и другие.

Евгений Николаевич преподавал в МГХАИ им. В.И. Сурикова, и именно по его совету я стал заниматься живописью, скажем так, всерьез. Каждый день мы с ним ходили на этюды, посещали выставки в Российской Академии художеств. Уже в зрелом возрасте я поступил в Суриковский институт. Окончив его в 2010 году, я стал художником-искусствоведом с дипломом – сбылась мечта моего детства!

- У Вас были выставки?

- Неоднократно. У меня было множество небольших и пять крупных персональных выставок, в том числе в Госдуме и ЦДХ на Крымском Валу. Но, наверное, одна из наиболее значимых для меня выставок проходила в Центральном Доме Работников Искусства (ЦДРИ) на Кузнецком Мосту, где собралось очень много уважаемых людей, академиков, профессоров. Те, кто интересуются живописью, знают, что попасть в этот зал очень непросто – тем важнее для меня была эта маленькая победа.

Неоднократно проводились выставки и в Жуковском, а одна из моих работ имеет постоянную прописку в доме-музее Есенина в Константиново. Наверное, вы знаете, что в нашем городе проживают прямые потомки поэта – семья Титовых. Я с ними очень хорошо знаком, мы неоднократно вместе ездили в Константиново, и специально для музея я и написал эту картину.

- Кто Ваш любимый художник?

- В живописи, как и в жизни, я реалист. Своими учителями считаю Серова, Саврасова, Поленова, Репина. Это мои любимые художники.

- А такие направления как, например, абстракционизм или сюрреализм Вам не понятны или просто не близки?

- Почему не понятны? Я ведь искусствовед и поэтому должен понимать любую живопись. Как говорится, пусть цветут сто цветов. Просто есть масса примеров, когда так называемые «художники», не познав даже самых азов живописи, начинают что-то там «творить» и считают себя гениями. Они выплескивают на холст понятные только им одним эмоции, а зрители аплодируют и пытаются искать в эти работах какой-то смысл. Зачастую мы имеем дело с самым обыкновенным дилетантством, которое я не приемлю. Если ты профессионал, то должен это постоянно показывать. Евгений Николаевич Трошев меня учил, что картина должна быть подобна капкану. Ты и не хочешь на нее смотреть, а она все равно ловит и держит, словно уводит тебя куда-то.

- Многие Ваши работы посвящены местной природе, в частности окрестностям Жуковского: «Весна в Кратово», «Река Быковка» и другие.

- Это связано, прежде всего, с тем, что у меня нет времени выезжать куда-то далеко специально для занятий живописью. Кроме того, настоящую красоту можно найти везде и во всем. Просто надо уметь видеть.

- Также Вы пишете довольно много портретов. По какому принципу Вы выбираете своих героев?

- Меня как художника захватывает не столько внешняя выразительность человека, черты лица, руки, сколько его внутренний мир.

Например, я написал портрет Героя России летчика-испытателя Александра Крутова, который сейчас является начальником школы летчиков в ЛИИ. Александр мой друг, и он интересен мне именно как человек.

Или вот взять портрет пожилого художника Касаткина. Этот человек, посвятив всю жизнь авиации, тем не менее, всегда находил время для занятий живописью. Со стороны может показаться – подумаешь, какой-то старик, ну что в нём можно найти? А вот нет! Для меня он – человек-легенда.

- Вы работаете дома?

- Да, у меня есть небольшая мастерская, однако большую часть работ я пишу на открытом воздухе. Когда выходишь на природу с этюдником, забываешь про все. Душа улетает куда-то вверх, и ты как будто паришь над окружающим миром, над суетой.

На эту тему у меня есть стихотворение «Зацифрованные люди». Эти строки – про людей, живущих в собственном узком мирке. Их интересы сводятся только к зарабатыванию денег и удовлетворению потребностей. Они будто живые трупы, их жалко. Итак,

Зацифрованные люди словно роботы идут,
Солнце светит им на блюде, и его они берут.
Для кого б оно светило, если б не было здесь вас?
Зацифрованные люди все не ценят здесь сейчас.
Нет в вас радости и счастья, вы повсюду и везде,
Ваши коды есть ненастья, и не рады вы звезде,
Что висит на небосклоне и манит к себе она.
Вы как стадо в непогоде, нет любви – печаль одна.
Я как странник Заратустра возвестил здесь о себе,
Осветил все словно люстра, спел я песню о судьбе.
Вам совсем ее не надо, каждый мертв уже давно.
В ваших душах нету сада, загорожено окно.
И порой вам надо зрелищ, чтобы кровь порой лилась,
В этом стаде все вы спелись – лишь пожить на свете всласть.
И прошел путь эволюций, но мудрейший все ж из вас
Словно в буре революций потерял себя сейчас.
Он смесь призрака с растеньем, а должен быть сверхчеловек,
Он подверг себя сомненьям, заблудился в них навек.
Я от вас здесь выделяюсь, все мы братья от земли,
Но порой я вас стесняюсь, все поземки занесли.
И себя вы отравили. Что скажу я вам в ответ?
Свою душу мне излили, а души-то вовсе нет.
И земля от вас устала, и надежды больше нет.
Всех желаний очень мало, и на вас не льется свет.
Мне б хотелось, чтоб презренье одолело вас сейчас
Жизнь звучала б словно пенье, и года слились бы в час.
Счастье б стало отвращеньем, добродетель только злом,
И бездушье ваше мщеньем как земной коры разлом.
И, довольствуясь собою, вы забыли о святом:
Как крестьянин пред избою отхлестал себя кнутом.
И высокое настало, чтоб все это пережить,
Час презренья это мало – как могли вы раньше жить?
Небо в тучах. Что же будет? Ярко молния блестит.
Зацифрованные люди, и душа в вас не горит.
Посмеялись надо мною, и народ ушел толпой.
Я печаль свою не скрою, я для вас совсем другой.

- Ваши стихотворения были когда-либо изданы?

- Нет, но стихов хватило бы на приличную книгу.

- Следующий вопрос мне интересно задавать всем, кто, так или иначе, занимается творчеством. Художник должен быть бедным?

- Для меня творчество и благосостояние не связаны между собой. Конечно, на этот счет есть разные мнения. Сальвадор Дали, например, говорил, что, если ты достойный художник, научись писать так, чтобы у тебя из-под кисти вылетали бриллианты и золото.

С другой стороны, считается, что художник творит свои лучшие вещи, только находясь в нужде. Мне кажется, совершенно не имеет значения, где и сколько у человека проходит выставок, насколько много он зарабатывает. Главное, чтобы он работал. Я знаю художника, которого коллекционируют, но при этом он подкладывает под пиджак поролон, потому что стыдится худобы. У меня есть стихотворение, которое называется «Старый художник». Оно посвящается моему учителю Евгению Николаевичу Трошеву, который, несмотря на мировую известность, до конца жизни работал в очень скромных условиях.

Кряхтя, спускается в подвал, Зовет его он мастерскою. Меня к себе в него позвал, Там тусклый свет горит тоскою. Мольберт с картиною стоит, ее писать он будет сколько… Он с ней как с другом говорит, Ценна она ему настолько. На полке книги дремлют в ряд, Фигуры из гипса пылятся. Они с ним молча говорят. Не может он себе признаться, Что жизнь прошла уже давно, Давно уж юность отзвенела, И дождь холодный бьет в окно, Как за кладбищенским уделом.

- Вы ведь практически земляк Сергея Есенина. Вам нравится его творчество?

- У него есть очень разные стихи. Мне, например, не нравится ранний Есенин, не нравится его наивность, которая звучит практически везде. Но мне близок его патриотизм и то, как он видит и понимает мир. Мне кажется, я сумел прочувствовать творчество Есенина, ведь я вырос в деревне, в тех же краях. Мне всё понятно и близко. Я и картошку распахивал, и на лошадях ездил, и корову доил. В доме Есенина я не раз бывал, гулял среди тех же деревьев.

- Где Вы живете сейчас – в Жуковском?

- В Раменском. У нас свой дом, в котором живет небольшая, но дружная семья – мы с женой, дочь Татьяна и внучка Полина. Дочка окончила Плехановскую Академию и сейчас, как и мама, работает в ОАО «Научно-исследовательском институте приборостроения им. В.В. Тихомирова» (НИИП). Полинке шесть лет, в следующем году пойдет в школу.

- Как проводите свободное время?

- Больше всего я люблю возиться с Полинкой. Мы с ней очень дружим. Внучка мне все время повторяет: «Дед – ты классный парень! Ты мой жених» (смеется). Она такая шустрая, интересная! Обычно в выходные мы с ней берем собаку и идем гулять.

- Какая порода у Вашей собаки?

- Сейчас у нас живёт обычная дворняжка. А раньше у меня был ротвейлер-чемпион, с которым мы участвовали в различных выставках, в том числе и в Италии. Побеждали на «Евразии», одном из самых крупных собаководческих конкурсов.

К сожалению, домашние питомцы рано или поздно покидают нас, и это очень тяжело. Собака – это серьёзно. Вы занимаетесь ею каждый день, из года в год, и постепенно это становится не просто хобби, а образом жизни. Мой чемпион был настоящим другом.

- Когда едете отдыхать, берете с собой холст и кисти?

- Как правило, нет. Однажды, будучи в Италии, я сделал несколько набросков углем и пастелью, но тут же их и раздал местным жителям.

- Расскажите о самом необычном путешествии, которое Вам доводилось совершать?

- Я был во многих странах, но больше всего меня поразила Венеция – атмосферой, каким-то особым миром. Этот город – один большой театр. Маленькие улочки, на которых сложно разойтись двум пешеходам, ступеньки, уходящие под воду, светящиеся в темноте огоньки гондол… Меня венецианская романтика захватывает, я бы хотел вернуться туда.

- Визитная карточка Жуковского – авиасалон «МАКС». Вы в этом году были там?

- Да, я практически каждый день ездил на поле. Приходя на «МАКС» и наблюдая полёты и технику, я испытываю, прежде всего, восторг и гордость за наш город и нашу страну. Мне кажется, уровень авиасалона с каждым годом растет. Это подтверждает количество контрактов и договоров, заключенных в этом году. В этом отношении «МАКС-2013» прошел очень плодотворно.

- Чувствуется, Вы настоящий патриот.

- А разве может быть иначе? У меня прапрадед воевал и был ранен в Первую мировую, дед погиб в 42-м, отец разминировал Курскую дугу. Здесь мои корни, моя история. Я не вижу себя вне России.

- Вы сказали, что в юности играли в ансамбле. А сегодня берете в руки инструмент?

- Редко, только когда собираются самые близкие друзья. Люблю бардовскую песню или песни на стихи Есенина.

- Занимаетесь спортом?

- Конечно, я стараюсь поддерживать себя в форме. Увлекаюсь горными лыжами, хожу в тренажерный зал, бассейн. При моей сидячей работе это просто необходимо.

- Вопрос, который вертится на языке с самого начала нашей встречи. Вы ведь творческий человек – поете песни, рисуете картины, занимаетесь искусством. И вдруг юриспруденция, жилищно-коммунальное управление, БТИ… Как в Вас уживаются эти две реальности?

- (смеется) Одно другому не мешает. За столько лет мои занятия переплелись между собой, являются важными частями моей жизни. Я не испытываю какого бы то ни было дискомфорта.

Да, когда-то я пошел по пути работы чиновника в силу обстоятельств, но постепенно то, чем я сейчас занимаюсь, стало моей любимой работой, моей профессией. Честно говоря, я над такими вещами даже не задумываюсь. Это – жизнь, и ее нужно принимать такой, какая она есть. У меня нет каких-либо долгосрочных целей или задач. Я просто живу и стараюсь радоваться каждому дню.

- Пожелайте что-нибудь нашим читателям.

- Не будьте «зацифрованными людьми». Любите свою Родину и верьте в Бога.

- Владимир Васильевич, большое спасибо за интервью!

Текст: Александр Волчан Фото предоставлены Владимиром Васильевичем Гуторкиным


Поделиться:

27.09.2013

Вернуться к списку новостей

  

Оставить отзыв

Заголовок:
Имя:
E-Mail:
Сообщение:
 

реклама

    • image
    • image
Google+